– На ручки!

– Лялечка, я устал.

– И я устала.

– Очень жарко, Лялька, ну тебя совсем!

– И мне жарко.

Юра поставил на землю обе корзины с грибами и мрачно предложил:

– Давай я её понесу.

– Я не хочу к Юре на воспитание, я хочу к тебе!

Удивительно, как легко и быстро начинают плакать маленькие девчонки. Казалось, открыли два водопроводных крана и… Откуда у них столько слёз берётся?

Серёжа тоскливым взглядом смерил расстояние до красной крыши.

– Отшлёпать – и всё! – повторил Юра.

– Знаешь, Ляля, – сказал Серёжа, – мы вот как сделаем…

Он отошёл на несколько шагов и присел на корточки, подставляя спину. Обернулся к сестре:

– Поехали!

«Водопроводные краны» закрылись мгновенно. Ляля побежала вперёд, радостно улыбаясь.

Она уже поднимала руки, чтобы обхватить Се-рёжину шею тугим кольцом…

А Серёжа вдруг подпрыгнул, как лягушка – скок-скок-скок, – вскочил и опять отбежал на несколько шагов, немного подальше, чем в первый раз. Опять на корточки присел:

– Поехали!

Ляля стояла, ошеломлённая, не зная – плакать ли ей или, наоборот, начинать смеяться. Но… уж очень смешно прыгал Серёжа. К тому же он совсем недалеко. Вот сейчас, сейчас она догонит его…

Прыг! Прыг! Прыг!

Опять Ляля не успела сесть верхом на свою лошадку. Лошадка запрыгала по-лягушиному, потом вскочила на ноги и помчалась дальше.

На этот раз Серёжа даже на корточки не присел, просто наклонился, опираясь руками о колени. Он знал, что этого будет достаточно. А Ляля знала – начинается весёлая-развесёлая игра.

С хохотом догнала она брата и протянула обе ручонки кверху, уже зная, что будет дальше.

Так и есть. Запрыгал, побежал, наклонился…