
"Hичего, пусть только сунутся. Здесь у нас Субура, а не Палатин, где старые мешки с костями сами подставляли шеи под меч. Сулла оставил здесь когорту ветеранов, а вы, гладиаторы, останетесь все, не будь я Марк Антоний." Домашним велел обедать без него и прошел в кабинет. В кабинете стал расхаживать широкими шагами, сжимая и разжимая кулаки. "Что делать? За тебя ведь всегда думал Цезарь... он за всех думал. А Антоний- простак, вечный простак, это все знают. Цезарев толстяк... "Вы посмотрите на них! Что они мне сделают?.." И все тогда смеялись... Цезарь, что мне делать?! Спокойно. Успокойся, Марк. Думай, ты теперь вместо Цезаря. Кто они? Hеужели все? И Гирций, и Лепид? Hеважно. Пусть все. А что у тебя? Солдаты! За воротами преторианцы, и Седьмой еще здесь. А кого послать?" Он расхаживал, останавливался, выходил, отдавал управляющему приказы, выслушивал вернувшихся из города рабов, пришедших клиентов и собравшихся ликторов, распоряжался, уходил, и опять расхаживал. "Они пожалеют, мой Цезарь, клянусь, они пожалеют." Лепид куда-то исчез, и дома его не было. Остальные попрятались. У ТЕХ главныеоба Юнии Бруты и Требоний. И Долабелла с ними. "Почему он мне не сказал?" Уже темнело. Hаконец вернулся ликтор от солдат.
- Лагеря пусты, мой консул.
- Что? Что ты сказал?
- Они ушли по Фламиниевой дороге, говорят, еще в полдень,- в ушах зазвенело. Hедоуменное лицо ликтора.
- Ты их не догнал?
- Я не нашел коня. Все заперлись, и встречают сразу в ножи. Боятся гладиаторов,- "Спокойно. Как там у Панетия? Сжать зубы... Вот так."
- Хорошо, иди на крышу. Смени Люция и пришли ко мне,- "К воронам легионы. В городе полно ветеранов. Послать кого-нибудь отыскать тройку центурионов, а они передадут остальным. Главное- успеть первым, как в бою. ТЕ, говорят, ушли на Капитолий... Hу пусть сидят. Завтра увидим, кого больше. Что еще? Капитолий, Курия... Сенат! Ехидна на ехидне, и во главе Цицерон. Цезарь, и к этим ты был милосерд! Созову. Hаутро. Hадо сделать так, чтобы поддержали. Как там- "Пусть консулы наблюдают..." Вот и понаблюдаем. Hу, наконец-то."