— У тебя, может, есть копеек тридцать, а?

— У меня рубль мелочью, — ответил Тошка. — Тебе нужно?

— Дай, папирос купить. Я рыбу продам, верну.

— Пустяки! — Тошка вынул из кармана гривенники и медь. Протянул Бобоське.

— Это ты выручил! По-моряцки. Подержи-ка мою леску, пока я смотаюсь за куревом...

Потом они встречались в Старой гавани почти каждый день. Здесь, под настилами причалов, было не так жарко. К тому же всегда хорошо брались ставридка и кефаль. А однажды подошла стайка длинных, похожих на змей рыб. Они плыли у самой поверхности, неторопливые, с длинными зубатыми рыльцами.

— Игла! — прошептал Бобоська. — Скусывай грузила, режь хамсу! Быстрей, уйдут ведь!

Он первым нацепил на крючок серебристую ленточку. Осторожно бросил в воду, потянул на себя. Ближайшая игла лениво повела узкой головкой. Тошка не дыша следил за этой странной на вид рыбой. Вот она шевельнула плавниками и вдруг, словно стрела, рванулась вперед. Р-р-раз! Бобоська подсек и уже через секунду, зажав иглу в руке, вынимал крючок из ее усеянной мелкими зубами пасти.

— Как у крокодила!..

— Игла подошла? — спросил Ерго с берега. — Хорошая рыба. Если шуметь не будете, много поймаете. Вы ей кóрма бросьте. Стая остановится, дальше не пойдет.

...Однажды Бобоська пришел в Старую гавань под вечер. Тошка уже кончил ловить и, смотав леску, нанизывал пойманную рыбу на проволоку.

— Чего не ловил сегодня? — спросил Тошка.

— Отловился, — нехотя ответил Бобоська. — С завтрашнего дня работать буду. В красильне, у Серапиона. Тетка уже договорилась с ним.

— А как же школа?

— Чего школа? Семилетка есть — и хватит...

Бобоська жил у тетки, в маленьком домике, неподалеку от порта. Домик был собран из старых шпал и обшит снаружи листами жести. Цепляясь за протянутые веревки, ползли по его стене узловатые лозы винограда. Шершавые листья, преодолев карниз, расползались по крыше. От этого весь дом казался зеленым.