Тут раздался громкий плач. Это Кон расплакался. Все удивленно повернулись к нему, а он встал и, вытирая глаза, закричал:
— Не ел я пирожок!
И выпрыгнул в окно, взмахнув хвостом.
— Ах вот в чём дело! Это был лисёнок. Ха-ха-ха! — рассмеялся старый учитель, придерживая очки, чтобы не свалились с носа. И, обратившись к Нон-тян, он сказал: — Когда будут раздавать булочки, возьми и на его долю и отдай ему. И скажи, пусть приходит завтра и послезавтра. Хоть он и лисёнок, пусть учится.
После уроков Нон-тян, прижав к груди булку, отправилась к Кону, распевая песенку:
Глава четвёртая
Кон — внук Лисицы из чащи Оророн
С наступлением лета горное пастбище оживлялось. Один за другим приезжали грузовики с коровами.
— До свидания, Краснушка!
— Будь здорова, Пёстрая! — кричали хозяева, прощаясь со своими бурёнками.
Коровы мычали в ответ: «Му!» — и начинали радостно носиться по лугу и с удовольствием щипать белый клевер.
Склоны гор поросли здесь сочной травой. Текли прозрачные ручьи и реки. Кое-где синели озёра для водопоя, подобные тому, в которое Кон гляделся как в зеркальце. Ели, берёзы, дакэкамба
Никаких строений на пастбище не было.
Пойдёт дождь, коровы сунут свои головы под листву деревьев и стоят так — думают, что спрятались.
Ночью коровы спали прямо под звёздами.
Художник сидел за мольбертом и не спеша рисовал дакэкамбу. Тяжёлые ветви её низко свешивались к земле, и художнику нравился их вид. Он нарисовал это дерево уже несколько раз.