умеешь. Только плачешь круглые сутки! Лучше я буду заниматься любовью с

другими веселыми женщинами. А ты сиди дома, курва!

Петр гуляет в Немецкой слободе. Рядом на стуле сидит его дядя переодетый

Папой Римским. С другой стороны сидит Ганнибал с гитарой. Напротив сидят

пять европейских послов.

- Господа послы, - сказал Петр, - вас сюда привезли для того, чтобы

совершить с вами обряд посвящения в подданные Всепьянейшего Папы.

Папа икнул и подмигнул.

- Это вот наш Всепьянейший Папа, который может выпить столько, сколько ему

нальют. Вы должны выпить с Папой по кружке водки и поцеловать

Всепьянейшему руку.

Послы недовольно загудели.

- Того, кто будет гудеть, - сказал Петр, - я посажу на кол за шпионаж!

Послы примолкли.

- Начинаешь ты, - Петр показал пальцем на греческого посла Папакириаку.

Папакириаку поправил на голове колпак с кисточкой.

- Хорошо, - сказал он и перекрестившись, выпил кружку водки и приложился к

руке Римского Папы.

Римский Папа похлопал его по щеке:

- Принимаю тебя, Папакириака, в общество Кловунов имени обезьяны Сеньки и

кабана Васьки. И нарекаю тебя новым именем Абрам Иваныч. Радуйся!

- Молодец, Абрам Иваныч, - похвалил посла Петр. - Видно, что православный.

А теперь ты, - он показал на польского посла.

Сигизмунд Пшавецкий сказал:

- Я отказываюсь! Этот варварский способ противен цивилизованному человеку

и нашему католическому вероисповеданию!

- Если я правильно понял это замечание, - ответил Петр, - наш польский

друг Пшавецкий хочет сказать, что мы, православные христиане, в отличии от

него - дикие свиньи! Это ты хочешь сказать, дурак?

- Нет, это я не имел ввиду.

- Если ты, краковяк, не имел это в виду, тогда делай, что тебе сказали. А