Шатун быстренько прикинул возраст деда Захара и присвистнул: дай нам всем Бог в его годы выглядеть так же!

–Правильно посчитал, – усмехнулся дед Захар, словно прочитал мысли Игоря. – Кирилл мне не внук, а правнук. А ты как раз по возрасту за внука сойдешь.

–Мда… А что насчет стоящего у плетня существа? – спросил Игорь, указывая на фотографию. – Вы сказали, что узнали его.

–Не его лично, а… В общем, это часть обряда у них была, – объяснил дед Захар, – перед жертвоприношением один из шаманов всегда надевал костюм медведя.

–Серого медведя, – подсказал Игорь. – Серого, а не бурого. Как вы думаете, почему?

–Кто ж их знает, – пожал плечами дед Захар и взглянул в окно на сгущающиеся сумерки. – Я ж всех ихних обычаев не помню, говорю же, мал был. Большую часть я знаю из рассказов матери… Вот смотри сейчас что покажу…

Он кряхтя поднялся из-за стола, не торопясь разжег большую керосиновую лампу и открыл шкаф. Покопался и вынул бусы: пожелтевшие звериные клыки вперемешку с кусочками серого и бурого меха, нанизанные на тонкую коровью жилу. Точь-в-точь такие же Игорь видел в доме Олега.

–От матери осталось. Она говорила, что это клыки и мех священного Медведя, – пояснил дед Захар. – Мать, когда из горящей избы выскакивала, единственную вещь прихватила – эти бусы. Ни денег, ни одежды не взяла, а бусы взяла. Во какая вера в ней жила!

–А фигурки медведя у нее случайно не было? – спросил Игорь.

–Нет. А почему ты спросил?

–Да так… А не могли жители потом потихоньку вернуться в Ключи? Может, деревня существует и поныне? Тайно, а?

–Нет, – уверенно сказал дед Захар. – Я с тех пор бывал там много раз. Сперва пожарище березняком поросло, а потом, как водится, ели да сосны пришли. А лет десять назад ураган пронесся, деревья повалил, так что теперь бурелом там… Глухое место, нехорошее…

Или дед Захар был заправским актером, куда лучше Олега, или говорил чистую правду, по крайней мере, знаменитое чутье Игоря не распознало в словах и поведении деда Захара фальши. Тем не менее, Игорь возразил: