Карлики, напуганные орущим пятном не меньше Генриха, окаменели, только один из них сумел побороть страх. Он взмахнул дубиной, но сделал это слишком поспешно, и оружие, опережая приближение Генриха, лишь разодрало мальчику штанину. Еще раз ударить карлик не успел, так как увесистое полено занесло его в сторону, освободив Генриху проход. Не понимая, что происходит, едва различая коротконогие фигуры, Генрих взлетел по лестнице, не оглядываясь проскочил через комнаты и, вылетев через разбитое окно на улицу, помчался по парку. Возможно, он добежал бы до своего дома не переводя дух и вышиб бы с разбегу двери в собственную квартиру, но страх настолько ослепил беднягу, что он, запутавшись в колючем кустарнике, скатился в щедро наполненное дождем русло ручья. Где-то взвыла и тут же умолкла сирена полицейской машины. Вдалеке застучал по рельсам поезд. Из кафе по ту сторону дороги гремела барабанная дробь.

Купание в холодной воде вернуло Генриху способность мыслить. Он выбрался из ручья, огляделся.

«Хорош герой, улепетываю, как заяц, - Генрих поморщился, досадуя на свое позорное бегство. - Кто ж на меня напал? Не те ли, кто убил рыцаря? Эх, жаль - не удалось ничего рассмотреть! Это ужасное, орущее пятно света напугает до смерти кого угодно… Что оно там кричало? «Проклятые интриганы»? Хм. Кому оно кричало?»

- Как бы вы не простудились, господин Генрих, - участливо прошептал кто-то над ухом мальчика. - Погода ужасная. Не такая, что была в старое доброевремя.

Генрих закрутил головой во все стороны, но никого рядом не увидел.

Вы не можете меня увидеть, - продолжил голос. - Если, конечно, не пожелаете, чтоб я показался. Мы, призраки, скрытные… эти, как его… вот досада, нужное слово забыл! Надо будет у Ханса спросить - тот все знает. Ну, да неважно. Меня только необходимость заставила проявиться в мерзком подземелье…

Так это кричали вы? - Генрих с облегчением вздохнул. - Вы спасли мне жизнь. Можете показаться, я к привидениям привык. Как вас зовут?