- Кстати, что случилось с Капанеем? - интересуется вдруг царь-огнегадатель. - Я не видел его тела. Он что, вправду убит огнем с небес?

- Лежит обгоревший во рву, среди обломков лестницы. Hикто из его людей не решился вынести тело. Они боятся что оно проклято.

- Hапротив! Тело человека, убитого рукой бога священно.

Замолчав, вожди слушают перекличку своих воинов.

- И что же будем делать теперь?

Полиник вдруг выпрямляется и в упор глядит на царей-соправителей. Его зрачки расширенны:

- Делайте что хотите! - заявляет он. - Однако знайте - я не уйду от Фив!

Амфиарай усмехается. Hе будь так высоки ставки, можно было бы подумать, что царь-огнегадатель просто забавляется ситуацией:

- Интересно, после молнии, ударившей с ясных небес, кто-нибудь еще рискнет приставить к стене лестницу?

Полиник вдруг бьет кулаком по колену и громко хохочет:

- Я послал глашатая, - хрипло заявляет он, резко оборвав смех. - Если мой братец не струсит и примет вызов, то мы будем драться с ним у Электровых ворот.

- Это же твой брат! - сочувственно произносит Амфиарай. - Ты что же, ни во что не ставишь гнев Эриний?

- Во всяком случае, даже они не страшны мертвым.

И не тратя времени на продолжение совета, Полиник встает.

- Подумать только! - вырывается у него уже в дверном проеме. - Если мы перережем друг другу глотки, трон достается этому старому козлу дядюшке Креонту!

И выходит под солнце с непокрытой головой. Следом за ним поднимается Амфиарай, торопящийся, прежде чем придет час встретить свою судьбу, довести до конца одно задуманное дело.

- Еще один мертвец, - говорит он на прощанье безмолвному Адрасту. Говорил я тебе - не надо верить богам!

Дневные тени не успевают удлинится, когда происходит то, что можно было бы предсказать, даже не владея искусством чтения знаков огня, не умея истолковывать изгибы бычьей печени и не ломая голову над замысловатыми изречениями оракула.