Пой, Иволга...

Заговором на краю бездны прошу у тишины даже не счастья, -песен. Огонек внутри разгорается всё ярче, жарче, алчет чего-то -меня алчет. Что ж, получи -- хоть всю, хоть частями!

Я буду петь.

Сплетаю движения пальцев в незатейливый перебор. Hачнем, пожалуй...

Слова песни всплывают сами -- и так же, сами, вырываются в мир. Огонек во мне пылает всё ярче и ярче. Я уже не сижу на дубовой скамье, а лечу над крышами славного города Гамельна, навстречу завтрашнему рассвету. Я тяну рассвет на себя, как старое одеяло, укрываю им вас -- таких разных, но всё-таки похожих на детей. Пусть вам станет светло, люди!..

Струны, как ножи, врезаются в пальцы. Следующая песня -чистейшей воды колдовство, морок, наваждение. Hадеюсь, они не поймут, что я _так_ колдую. Из целебных трав, собранных при луне, готовила я этот горьковатый настой. Пейте его маленькими глотками, покуда я шагаю во тьму. И пока над первым домом Господина горит моя путеводная звезда -- пусть вам живется легко, люди!

Я черчу руны на песке, и надеюсь, что их не смоет волной. Слышите гром волн, люди? Вы видите то же, что вижу я? Белогривые волны и такой же ослепительно белый парус корабля, уходящего в море, оставляющего позади веселый портовый город? Видите? Вспомните об ушедших друзьях, об оставленных и проданных друзьях, вспомните, наконец, тех, кого почти забыли! Я хочу, чтоб вы задумались, люди!

Огонек становится похож на то, первое пламя, которое сожгло меня много лет назад. И искры из-под моих пальцев летят в души, в глаза, в руки тех, кто меня слышит. Пусть вся таверна загорится, запылает новой верой в лучшее и новой честью. Пусть те, кто пришел сюда, прекратит уступать там, где нельзя не бороться. Станьте сильней, люди!..

-- Пой, Иволга, пой, -- шепчет кто-то и отдает мне деньги. Ого, это же золото!.. Откуда у посетителей бедной таверны на окраине такие деньги? Я привычно подбираюсь и настораживаюсь, но стражников пока не видно...