пал в комсомол, больше всего боялся стать соглашателем. Но не стал и дисси-

дентом. Прежде всего потому, что всегда любил свою страну и свой народ.

И в советское время я считал, что нельзя делать ничего такого, что могло бы по-

вредить единству народа и пагубно отразиться на судьбе страны.

Мне пришлось пострадать за свои убеждения в школьные годы, но при

этом я был одним из лучших учеников в классе. Поэтому впервые обо мне газе-

ты написали не в девяностые годы, а еще в шестидесятые. Дескать, какой позор

и куда смотрит школа, когда есть в Ленинграде такой мальчик, учится на пятер-

ки, а верит в Бога. Это было трудное для меня время, я шел в школу как на Гол-

гофу. Меня часто вызывали на педсоветы, прорабатывали на собраниях, но я

не уклонялся от дискуссии с преподавателями и однокашниками и, думаю, вы-

глядел убедительнее. Не потому, что был таким уж непобедимым полемистом,

а потому, что в советское время учителя к таким диспутам были не готовы, а я

старался быть готовым защитить свою веру.

?

«ВЛАДЫКУ КИРИЛЛА ВЕДЕТ БОЖИЙ ПРОМЫСЛ»

Из интервью с родной сестрой Патриарха Еленой Гундяевой

— Это избрание для Владыки — очередное служение Церкви. Мы все

за него молимся. Чтобы Господь его укрепил, дал ему здоровья... Владыка Ки-

рилл привык во всем полагаться на Божью волю. Его ведет Сам Господь...

«Даже в трудные годы человек не должен

терять облика и подобия Божьего...»

— Как раз тогда, в 1947 году, когда наш отец стал священником,

в Ленинграде начался новый этап борьбы с Церковью, — вспоминает Елена Ми-

хайловна. — Чтобы одним махом расправиться со священничеством, финансо-

вый комитет придумал неподъемный налог — 120 тысяч рублей. Сравните: то-

гда машина «Победа» стоила 16 тысяч рублей. Но если священник отказывался