Если раньше она занималась запретом и дискредитацией науки, то в последнее время она усиленно создает видимость союза науки и религии.

Католическая и Православная Церкви сегодня заявляют, что наука и религия не только не противоречат, но даже дополняют друг друга. Католическая (но не Православная) Церковь вынуждена была признать теорию Дарвина. Папа римский признал ошибочным действия Католической Церкви по отношению к Галилею и даже принес свои извинения. Прежнюю линию на противоборство с наукой отстаивают лишь некоторые из Протестантских Церквей.

Сегодня, когда пропаганда религиозные взглядов происходит без всяких ограничений, Православная Церковь перешла в наступление. Упор при этом делается на то, что она считает своей самой сильной стороной нравственность. Hам настойчиво внушают, что без православия вообще невозможно возрождение русского народа. Подчеркивается, что для этой цели годится только православие, но никак не католицизм или протестантизм, словно эти две конфессии вовсе не принадлежат к христианству и не имеют того же бога, которому поклоняются православные.

Создается представление, что только православие является единственной формой христианства или уж единственно истинным его направлением. Вероятно, апологеты православия не знают (может, забыли?), что собой представляла нравственность в те времена, когда Православная Церковь была господствующей в нашем государстве. Речь, конечно же, идет о нравственности в царской России, которую нам ставят в пример руководство современной РПЦ и ее поборники. Стоит, вероятно, им напомнить, какая она была.

За отсутствием статистических данных (их тогда просто не было) обратимся к свидетельству сведующих и авторитетных людей царской России, которые знали о нравственности того общества не понаслышке. К ним, несомненно, относится крупнейший знаток РПЦ, ее историк архиепископ Макарий (Булгаков), который писал в "Истории русской церкви":