Лайош Урод раздраженно топнул ногой:

— Ну ладно! Тогда дважды два — пять!

По усмешке Аромо он понял: неправильно. Уже менее решительно он сказал:

— Ну тогда… шесть… или, наверное…

— Наверное, тебе пора умолкнуть, — вмешался лев Зигфрид Брукнер. — А то еще у тебя мозги перегреются. Мы тебя лучше попросим подумать, когда соберемся жарить сало.

Лайош Урод упрямо наклонил голову:

— И все равно, я никогда не видел ни одного могопача.

Заяц Аромо небрежной походкой подошел к Лайошу Уроду и остановился перед ним, уперев лапы в бока:

— А может быть, ты видел бумеранг? Или муравьеда, или утконоса, или золотой слиток в двадцать четыре карата, или застежку для чулок, или паровой молот, или кита, или анаконду, или радикулит, или ламу, или балумбеку, или гуттермуттер? Видел? Не видел! А между тем все это существует.

Великан Лайош Урод был совсем обескуражен: ораторское искусство зайца Аромо лишило его остатков самоуверенности. Но кошке Ватикоти в речи Аромо кое-что не понравилось. Она подошла поближе.

— Насчет гуттермуттер это ты загнул. И насчет застежки для чулок тоже. Муттер, это я знаю. И на сандалиях бывают застежки, это я тоже знаю. Но вот гуттермуттер — и застежка для чулок?!

Лев Зигфрид Брукнер пристально посмотрел на Ватикоти:

— Значит, ты тоже утверждаешь, что могопачей не существует?

— Ни в коем случае, — испуганно запротестовала Ватикоти. — Только вот гуттермуттер и застеж…

Конь Серафим заорал как ужаленный:

— Да замолчите вы когда-нибудь со своими гуттермуттерами или нет?! Над нами нависла страшная опасность, а вы друг перед другом выставляетесь! Умишком щеголяете!

— Ну, у кого он есть, почему бы и не показать, — вставила кошка Ватикоти и многозначительно посмотрела на Лайоша Урода.