— Не думаю. Но если заколдован, то это выяснится довольно скоро. — Я сел и сообразил, что лежал на мху у корней дерева, — Что случилось?

— Откуда мне знать? Минуту назад ты стоял здесь с мечом в руке и вдруг ка-ак ахнет взрыв! Когда я опомнилась, ты лежал вот здесь, а обломок колдовского посоха валялся во-он там и горел. Теперь нам наверняка не удастся сложить весь колдовской посох, — Шиара состроила недовольную гримаску, — Кажется, ты был прав насчет эльфа.

— Где мой меч? — спохватился я. Меня обожгла внезапная мысль, что, пока я лежал без сознания, а Шиара занималась мной, меч украли.

— В твоей руке, — немного раздраженно ответила Шиара, — Ты не выпускал его.

Я скосил глаза. Моя левая ладонь все еще сжимала рукоять. Когда я разжал пальцы, в кончиках забегали, покалывая, мурашки. Пальцы так впились в рукоять меча, что примялись и побелели.

Но зато я не потерял его! Я хотел взять меч в правую руку, но замер. Ладонь была сожжена до черноты. Я даже не ощущал ее. Мне стало нехорошо, и я отвернулся. Шиара тоже с изумлением глядела на мою сожженную ладонь.

— Дейстар, я так беспокоилась, так боялась, что ты не проснешься, что и не обратила внимания на руку… — Она умолкла. Закинув голову, Шиара долго смотрела на верхушку дерева, будто собираясь с духом. Глаза ее вспыхнули.

— Сначала я найду кого-нибудь, кто сумеет залечить твою руку, — мрачно сказала она, — А потом разыщу того гадкого эльфа и заставлю его пожалеть о совете, который он дал нам насчет колдовского посоха, — Голос ее дрожал от гнева, и я порадовался, что не был тем эльфом.

— Не волнуйся, — попытался я успокоить Шиару. — Мне совсем и не больно. — Но стоило мне произнести это, как руку начало подергивать. Кисть по-прежнему была как бы мертва, но запястье и выше, до локтя болело все сильнее.

— Не больно? Это плохо, — озабоченно проговорила Шиара. — Я немного разбираюсь… в ожогах. Ты уверен, что ничего не чувствуешь?