– До свидания, Энни.
После ухода Энни Маллен, Хиггинс задумчиво погладил подбородок, сел за стол и нажал кнопку вызова. Почти сразу дверь распахнулась, и в кабинет вошел мужчина.
Доктор Хиггинс взглянул на карточку больного. Харольд Грей, тридцать четыре года. Он быстро просмотрел записи о больничных листах, которые выдавал Грею в течение последнего года. Три недели, пять недель и вот уже снова четыре недели. Он поднял голову.
– Ну что, как вы себя чувствуете?
– Да как-то еще не очень, доктор, бывало лучше.
– Надеюсь, новое лекарство вам помогло?
– Ну… немного помогло, но все же…
– Отлично, я был уверен, что оно поставит вас на ноги.
– Но дело в том, доктор…
– Что ж, значит вы уже готовы выйти на работу.
– Но, видите ли, доктор…
– В прошлый раз я продлил вам больничный лист еще на одну неделю, за которую вы должны были окончательно исцелиться. – С этими словами врач принялся заполнять историю болезни, а затем, выписав справку, придвинул ее своему недовольному пациенту, сидевшему с отрешенной физиономией. Взяв справку, мистер Грей встал и, хмуро воззрившись на доктора, проворчал:
– Вот увидите, теперь все заново разгорится.
– Придется рискнуть. Однако вспомните: в прошлый раз, когда у вас опять появились боли в спине, мы сделали рентген, который ничего не выявил. И до этого снимки неизменно подтверждали, что с вашим позвоночником все в порядке… – Чуть помолчав, Хиггинс добавил: – До свидания.
– До свидания, доктор.
Прощание больного прозвучало как скрытая угроза, и мистер Грей удалился, хлопнув всердцах дверью.
Собрав со стола карточки, доктор Хиггинс сложил их вместе и, глядя на внушительную стопку, задумался. За каждой карточкой стояла чья-то судьба. А люди были такие разные: взять хотя бы старую Энни – бедняжка погибала от рака желудка, а он лечил ее от бронхита; старушка порывалась работать до последнего вздоха. Смерть караулила ее за ближайшим углом, и оба они – и Энни, и доктор Хиггинс – это знали. А Грей? Доктора передернуло. Даже одна мысль о Грее Харольде заставляла его брезгливо морщиться. Покинув кабинет, он пересек просторную приемную и, толкнув дверь с табличкой "Регистратура", положил карточки на стол, за которым сидела пожилая женщина, и спросил: