Конгрессмен Блекуэлл сидел за столом, но его обтянутое черной кожей кресло было повернуто к окну, и конгрессмен задумчиво разглядывал купол Капитолия. Уильям Блекуэлл был джентльменом шестидесяти лет с густыми седыми волосами и седыми усами. Наружность у него была настолько характерная, что, увидев его, Джейми подумала: «Ну только что сошел со страниц иллюстрированного журнала!» Большинство политиков, она знала это, происходили из старинных, состоятельных семейств. Как правило, только очень обеспеченные люди могли позволить себе профессиональную политическую деятельность. Их обаяние и хорошие манеры культивировались из поколения в поколение.

Блекуэлл поднял глаза.

— А… мисс Линд, — поздоровался он. — Признаюсь, не ждал вас сегодня.

— Я не могла утерпеть, — призналась Джейми. — Вам удалось что-нибудь найти?

Он кивнул:

— Пожалуйста, присядьте.

Джейми опустилась в одно из кресел по другую сторону стола — жена конгрессмена привезла этот изящный антиквариат из последнего зарубежного вояжа. Чувствовать себя окруженной голубым бархатом было приятно — похожее кресло стояло в ее спальне, когда она была маленькой девочкой. Отец Джейми купил его в Париже во время одной из своих деловых поездок. «Ах, папочка, — ломала она голову теперь, — что скрывалось за этими поездками на самом деле?»

— Что вы обнаружили? — спросила она наконец.

Он смотрел на нее так, как будто ее ожидали дурные вести.

— Вряд ли вам это понравится, — начал было он.

— Мне вообще многое не нравится в этой истории, — вздохнула она сокрушенно. — Видно, наше правительство совсем прогнило! — Она постаралась улыбнуться. — До чего же мы докатились, за частным лицом устанавливается слежка. Какой-то тип преследует меня с той самой минуты, как приземлился самолет. Сопровождает меня всюду — даже в ресторан, куда я зашла перекусить. Разве только в туалет за мной не ходил.

— Думаю, вы ошибаетесь, — произнес Блекуэлл мрачно.