– Я считаю бестактным думать о дарственной.

– Терезия! – воскликнула мисс Шарлот. – Мама сама обо всем договорится с лордом Рулом, но Лиззи не следует забивать себе голову подобными вопросами.

Самая юная из мисс Уинвуд, которая все это время сидела, подперев руками подбородок, внезапно подняла голову и напомнила о себе единственным словом.

– Ч-чушь! – заикаясь, сказала она невыразительным низким голосом.

Мисс Шарлот казалась огорченной; мисс Уинвуд криво улыбнулась.

– Боюсь, Горри права, – грустно сказала она. – Главное – это деньги.

Она снова опустилась на диван и уставилась в окно. Миссис Молфри заметила, что голубые глаза Лиззи покраснели от слез.

– Лиззи! – воскликнула она. – Можно подумать, что тебя втянули в какие-то сомнительные махинации, а не сделали блестящее предложение!

– Терезия! – подхватила мисс Шарлот, обнимая свою сестру. – Неужели ты забыла мистера Эрона?

Миссис Молфри и в самом деле забыла мистера Эрона. У нее отвисла челюсть, но она быстро овладела собой.

– Несомненно, мистера Эрона очень жаль, но, Рул, ты же должна понять! Я не говорю, что бедный мистер Эрон не достоин уважения, но он простой лейтенант, дорогая Лиззи, и я осмелюсь напомнить, что ему скоро придется вернуться на эту ужасную войну в Америку О нем не стоит и думать, дорогая моя!

– Да, – глухо сказала Элизабет. – Не стоит и думать. Мрачный взгляд Горации задержался на второй сестре.

– Мне кажется, было бы очень хорошо, если бы Шарлот подцепила Р-Рула, – произнесла она.

– Горри! – воскликнула Шарлот.

– Боже, дорогая, что ты говоришь! – негодующе воскликнула миссис Молфри. – Рул мечтает об Элизабет! Горация замотала головой.

– Нет, ему нужна только фамилия Уинвуд, – заявила она, заикаясь. – Все решено много лет назад. Я н-не верю, что он хотя бы шесть раз из д-двенадцати обращал свой взор на Л-Лиззи. А это ничего не значит.

Мисс Шарлот выпустила руку сестры и сказала с дрожью в голосе: