Он подошел к ней, сжал ладонями плечи; его дыхание коснулось ее волос, и на секунду Эмме показалось, что вернулось далекое прошлое, когда он утешал ее, если она царапала колено, падала с лошади или получала взбучку в классной комнате. В этот миг взаимопонимания он тоже горевал и, в свою очередь, получал утешение.

Они прижимались друг к другу. И теперь все напоминало не давнее, а недалекое прошлое, которое Эмма поклялась не вспоминать. Но в эти мгновения она слышала биение его сердца, ощущала запах его кожи. Его тело было совсем рядом. Его руки скользнули вниз по спине девушки, он привлек Эмму к груди.

Мир покачнулся. Мысли Эммы путались в голове. Она вырвалась из объятий Аласдэра. Слезы моментально высохли.

— Сними для меня дом. — Голос ее сделался слегка хриплым. — К Новому году я хочу устроиться в городе.

— Как прикажете, мэм. — Аласдэр шутливо поклонился. В каждом движении его изящной фигуры сквозила явная ирония. — А когда устроитесь, мы подробнее обсудим ваши финансовые обстоятельства. — Тонкие губы тронула улыбка. — Уверяю, что не буду слишком сильно хвататься за завязки твоего кошелька.

Эмма стояла не шевелясь. Потом повернулась и тихо выскользнула из комнаты. Дверь без стука закрылась за ее спиной.

Аласдэр сел за фортепьяно и взял несколько аккордов — каждый пронзительнее предыдущего.

Глава 2

— Дом в самом деле превосходен, Эмма. — Мария развязала ленты шляпки и, обозрев большой салон на первом этаже, удовлетворенно кивнула. — Комнаты прекрасного размера, и меблировка намного лучше среднего уровня. Я так боялась, дорогая, что ты затоскуешь, если окажешься в более убогих условиях, чем те, к которым привыкла! Грэнтли-Хаус — бесподобное жилище, и Гросвенор-сквер — отличное место.

Женщина вздохнула и положила шляпку на стул.

— Но и это достойный дом. И Маунт-стрит — хорошее расположение.

— Я бы согласилась на курятник, если бы это оказалось единственной возможностью убежать от тети Хестер. — Эмма сняла кожаные перчатки тонкой выделки. — Эта женщина — сущий яд.