Стоявший на вершине прибрежной скалы молодой парень зябко поежился, зевнул и поплотнее завернулся в тяжелый влажный шерстяной плащ, накинутый на плечи. Его обязанностью было наблюдать за морем и при первом признаке опасности предупредить жителей деревни, чтобы у них было время приготовиться к бою. Но с прошлой ночи, когда он перебросился парой фраз со своим сменщиком, часовой видел только равнодушно катящиеся одна за другой волны, от которых уже рябило в глазах.

Парень еще раз окинул взглядом пустынное море и достал из висевшего у него на боку засаленного кожаного мешка свой завтрак — ломоть черного хлеба и кусок домашнего остро пахнущего сыра.

Впрочем, подзаправиться ему не удалось. Его молодые острые глаза уловили какое-то движение. Парень поморгал и стал присматриваться внимательнее. Вот мелькнула в тумане одна тень, вторая, третья… Пять. Пять черных узких теней.

Солнечный луч пробился сквозь дымку, и стали видны треугольники парусов и мерно опускающиеся в волны длинные весла.

Ладьи викингов! Быстрые, летящие прямо к берегу, вспенивая острыми резными носами серые волны. Тускло сверкнули шлемы на головах гребцов, наконечники копий, лезвия мечей. Вдоль бортов, налезая друг на друга, словно чешуя, висели круглые деревянные щиты. В оставленные между щитами зазоры были вставлены длинные весла — по четырнадцать пар на каждой ладье. Весла все опускались и поднимались, быстро приближая ладьи к пустынному берегу. А над головами гребцов, на невысокой мачте реял закрепленный ременными растяжками полосатый красно-белый парус.

Молодой дозорный еще и с места не сдвинулся, охваченный ужасом, а под днищем ладей уже заскрипел прибрежный песок. Высокие бородатые светловолосые воины хлынули на берег. Всего — полторы сотни. Все в кольчугах, все с оружием.

Они выходили со своими длинными двусторонними мечами, штурмовыми топориками, держа в левой руке круглый деревянный щит с металлическим набалдашником в центре.

Только теперь, когда викинги были уже совсем рядом, молодой дозорный вышел из оцепенения.