За этот дюйм Хью Макдональд станет благодарить Бога всю жизнь.

Он не знал, сколько прошло времени — минута или час, прежде чем к нему вернулось хладнокровие и он смог подойти к своим потенциальным жертвам. Всадники, ехавшие вместе с ним, в основном родственники и слуги, остались в седлах, хотя всех снедало любопытство. Макдональд обычно не жаловал глупцов, а эта женщина выказала не просто глупость, а преступное легкомыслие.

— Вы могли убить меня, — сказала Кэтрин, исподлобья глядя на него.

Вставать пришлось самой, поскольку всадник не удосужился ей помочь. Он стоял, уперев руки в бедра, не зная, гневаться ему или улыбаться. Конечно, ничего приятного в недавнем происшествии не было. Если бы не мастерство наездника, эта рассеянная особа могла бы поплатиться здоровьем, а то и жизнью. Хорошо еще, что она сама это понимает.

— Вам повезло, — спокойно произнес он, стараясь унять бешеный стук сердца и охватившее его странное возбуждение.

— Вы могли убить меня, — снова пробормотала Кэтрин.

Повторения не требовалось, но ничего другого ей на ум не приходило.

Она чувствовала смущение. Человек, стоявший рядом с ней, не походил на других мужчин селения. Белая рубашка выдавала джентльмена, а до блеска начищенные черные сапоги свидетельствовали о том, что их обладатель весьма разборчив в одежде. Кэтрин не могла судить, насколько моден его жилет и можно ли назвать богачом человека, которому принадлежит столь внушительный конь, однако была уверена, что ни один из известных ей мужчин не носил такого безупречного сюртука цвета ночного неба и таких панталон цвета слоновой кости, обтягивавших стройные бедра и другие мужские достоинства незнакомца. Обычно деревенские жители облачались в мешковатые штаны да просторные блузы невыразительного серого цвета — одежда, несомненно, практичная и удобная для работы в поле, но вряд ли претендующая на особое изящество.

Обликом незнакомец тоже разительно отличался от простых сельчан.