Но мы искренне любили Викторию, мы обожали ее, с того самого момента, когда девять лет назад ее маленькие ножки затопали в холле Торн-Гроув. Кто лучше сестер Садерленд мог понять грусть и тоску ребенка, потерявшего отца?

Прошло несколько минут, пока я не почувствовала, как Виктория выпрямляется, становясь выше ростом. Шмыгнув носом, она храбро подняла голову и освободилась от наших объятий.

— Мы останемся друзьями, правда? Мне так этого хочется.

— Конечно, дорогая, — заверила ее Уиллоу, которая была на год старше и на голову выше Виктории. Милая моя Уиллоу, еще такая неискушенная, чтобы сохранить свой оптимизм. И слишком юная, чтобы сознавать правду.

Я посмотрела на Холли и Айви, которые в свои пятнадцать лет так отличались друг от друга, несмотря на то что были двойняшками. Холли, веснушчатая, с каштановыми волосами и фиалковыми глазами, энергично кивала в знак согласия с чувствами Уиллоу. Айви с унылым выражением лица нерешительно улыбнулась, бросив на меня грустный взгляд.

Конечно, время и обстоятельства неизбежно лишат наш близкий дружеский кружок присутствия Виктории, и грусть охватывала меня. Но, как и мои сестры, я заставила себя улыбнуться моей маленькой подруге, взяла ее за руку и опустилась на колени, чтобы заглянуть ей в лицо.

— Мои тайные друзья, — повторила принцесса, подняв голову, вдумываясь в эти слова. Она взглянула на тихо сидевшего Дэша, видимо, понимавшего важность происходившего. Неожиданно страх и беспокойство исчезли с лица Виктории. Сжав мою руку, она решительно кивнула:

— Моя тайная служба.

Глава 1