Элфрида лишь пожала плечами.

— Слушай, Селвин, скажи, как мне пробраться в благотворительные комитеты? Что нужно сделать, чтобы стать устроительницей какого-нибудь бала в пользу бедных? Ведь именно на таких мероприятиях устанавливаются связи с нужными людьми.

— Какие там могут быть связи?

— Господи, это же надо!

Ее язвительный тон должен был указывать на то, что она считает мужа полным невеждой, который не знает, какая дорога может привести человека наверх. И за что только ему дали пожизненного пэра — ведь он даже представления не имеет о том, что такое благотворительный комитет?

Селвин уже повернулся, чтобы идти в гардеробную одеваться, но бросил взгляд на остатки завтрака жены и заметил:

— Ты растолстеешь и станешь похожей на свою мать. Элфрида зло сверкнула на него глазами. С тех самых пор, как он случайно увидел фотокарточку ее матери, которая действительно страдала ожирением и имела толстые и короткие ноги, Селвин не переставал дразнить жену. Пока что Элфрида была просто пухленькой, но пышная грудь и бедра говорили о том, что ей лучше поберечься, ибо она склонна к полноте.

— Ничего я не стану толстая! — резко возразила Элфрида, забывая от волнения английский.

— Но сегодня во дворце ты же не будешь просто так смотреть на пирожные с кремом? Сознайся?

— О, Селвин, неужели дождь не кончится? Господи, сделай так, чтобы погода изменилась!

Ада Пиннер всегда приходила к графу и графине Атертонам загодя, чтобы успеть приготовить завтрак. Они жили в доме с верандой — постройке прошлого столетия — на Саут-Итон-плейс, и Ада работала на них уже в течение почти двух десятков лет. Если ее автобус из Фулхэма приходил вовремя, то она протирала пыль в гостиной и столовой, но в такие дни, как сегодня, когда она вынуждена была задерживаться, у Ады хватало времени лишь на то, чтобы приготовить завтрак.

А задержал ее сегодня сильный дождь.