— Я в полном порядке. — Роза перехватила руку сестры. — Разве ты не помнишь то предание?

— Это… это про день рождения и полнолуние?

Та кивнула.

— И ночь в Старом доме. К твоему сведению, сегодня твой день рождения, а вчера была полная луна, и потом…

Широко раскрытыми глазами Николь смотрела на Ирвина, ожидая его реакции.

— Я, — улыбнулся он, — когда придет время, с удовольствием поцелую невесту.

Ясно, нервическое состояние Розы передалось и ее мужу, решила Николь. Она высвободила руку и отошла.

— Если это шутка, то неудачная.

Розали села, потом, поморщившись, снова легла.

— Это не шутка. Скажи ей, Ирвин. — Она поцеловала его ладонь. — Скажи, что Патрик Полтер предназначен ей судьбой, точно так же, как ты — мне.

— Мне нравится этот парень. Вы будете чудесной парой, — с улыбкой сказал тот.

— Но… но он нам как брат, — воскликнула Николь. Она стиснула зубы. Этот разговор начинал раздражать ее. — Кроме того, я сейчас и думать не могу ни о каком замужестве.

Ее щеки пылали, она с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Предательство Джеральда разбило ей сердце, причинив боль, которая пройдет еще очень не скоро.

Николь старательно избегала шумных ссор, не умела долго сердиться, кричать, доказывать свою правоту. Она всегда мирила сестер. За долголетнюю практику ее лицо приобрело спокойное выражение. И сейчас она не могла обижаться на Розали, ведь та прилетела из Нью-Йорка специально на день рождения сестры.

— Я думаю, — начала она, стараясь говорить как можно спокойнее, — что обстоятельства, при которых вы познакомились, были действительно очень романтичными и странным образом подтверждали старое предание. Но если вы решили, что это коснется и меня…

— То что? — спросила Роза с усмешкой. — Нарочно свяжешь мне гадкий свитер? — Она засмеялась, но вдруг стала очень серьезной. — Если честно, то я твердо верю, что твоя судьба уже решена.