— О, нет! Это не по правилам. Ты не можешь брать больше трех карт сряду.

— Покажи мне это правило, — засмеялся он, уворачиваясь.

— Ты не веришь мне? — спросила она, пытаясь выхватить карту из его рук.

— Не было случая.

Дэйзи дергала карту, а он только посмеивался над ее тщетными усилиями.

— Если у тебя джокер, то я тебя убью, — процедила она сквозь зубы.

— Джокер, — ответил Патрик с неотразимой улыбкой.

Дэйзи выхватила карты из его рук и швырнула их на пол.

— Я не собираюсь играть с шулером! — закричала она.

Николь не могла удержаться от смеха. Она встала, подхватывая падающие карты.

— Патрик, когда ты наконец усвоишь, что Дэйзи не любит проигрывать?

Пламя камина играло на его волосах, придавая им бронзовый оттенок. Он улыбнулся, и его зубы сверкнули белоснежным блеском.

— Тогда ты поиграй со мной, Ник. Она напрочь испортила мне настроение…

— Ах ты… — Дэйзи стукнула его кулаком по плечу. — Ты единственный мужчина на свете, которого я не могу обыграть. И это твой огромный недостаток!

Он усмехнулся.

— Это уже второй мой огромный недостаток. Николь обвинила меня в том, что я не знаю, откуда берутся дети.

— Правда? — Дэйзи недоверчиво повернулась к сестре. — А как же фотомодель, которая преследовала тебя… Она придерживалась того же мнения?

— Она вовсе не преследовала меня, — парировал Патрик. — Просто повсюду сопровождала и иногда останавливалась в моем доме.

— Извини, — саркастическим тоном заметила Дэйзи. — Мне просто всегда казалось, что когда кто-то следует за тобой повсюду и ищет пристанища в твоем доме, то это называется преследованием. Ради бога, прости мне мою ошибку. — Она поклонилась.

— Хорошо, хорошо. Она сейчас во Франции.

Но Дэйзи не собиралась сдаваться. Ее зеленые глаза сверкнули лукавым блеском.