Роза ответила ему долгим любовным поцелуем. Ирвин отстранился, чтобы еще раз взглянуть на нее, и она взяла его лицо в свои ладони.

— А ты выглядишь усталым, дорогой.

Он улыбнулся и поцеловал ее в кончик носа.

— Я только что стал отцом. А это большая ответственность!

— Не шути, — сказала Роза, обнимая его за шею. — Но если ты так устал, может, тебе лучше прилечь рядом со мной?

Патрик, покашливая, поднялся.

— Пожалуй, я пойду.

Ирвин повернулся, наконец сообразив, что они с Розой не одни, и смущенно улыбнулся.

Дэйзи встала, расправляя юбку.

— Да, мне тоже пора. Хотя Магда и стала моей правой рукой в отеле, боюсь, я слишком надолго оставила ее одну.

— Мы навестим тебя завтра, Роза, — сжала пальцы сестры Николь. Подавшись вперед, она поцеловала колючую щеку Ирвина. — Тебе тоже нужно отдохнуть, папочка.

Роза задержала руку сестры и повернулась к Дэйзи и Патрику.

— Идите, мне нужно немного посекретничать с Николь.

Патрик обнял Дэйзи за плечи и повел к двери.

— Похоже, здесь открывается секретный клуб, и нас туда не приглашают. Ну что ж, не будем мешать.

— Когда мы откроем свой собственный клуб, они еще пожалеют, — со смехом сказала Дэйзи, тряхнув рыжеволосой головкой.

Когда за ними закрылась дверь, Роза повернулась к Ирвину и похлопала рукой по кровати.

— Посиди здесь, милый. Мне надо поговорить с сестрой.

— Послушай, Роза, ты уже благодарила меня за помощь, за девочек, — смутилась Николь. — Но это моя вина, что мы очутились неизвестно где…

Роза приложила палец к губам сестры.

— Тсс… Это же я предложила прогуляться. Я прилетела из Нью-Йорка вопреки желанию Ирвина и указаниям врача, так что не вини себя. Главное, что все обошлось, и теперь мы можем отпраздновать целый букет дней рождения… — В ее серых глазах появилось лукавое выражение. — И еще одно очень важное и знаменательное событие.