— Заходи.

Мальчик толкнул дверь, осторожно вошел в спальню. И остановился рядом с ее кроватью, такой понурый, в измятой пижамке, с подсохшими следами слез на щеках.

— Прости меня, Синди.

— Ну, что ты, солнышко. Ты ведь уже…

— Прости за то, что я сказал, что ты не моя мама, — всхлипнул он. — Я знаю, что ты не мама, но я не хотел… — Слова никак не желали слетать с языка.

— О Джонни! Иди сюда, милый. — Она притянула его к себе, усадила рядом и крепко обняла. — Я все понимаю. Ты очень скучаешь по маме, правда?

Он кивнул; худенькое тельце дрогнуло от рыданий. Синди, давая ему время выплакаться, молча держала его в объятиях. Неправда, что дети все быстро забывают. Ведь Джонни был не таким малышом, как Тери и Джейми, и воспоминания все еще мучают его.

— Я знаю, что ты чувствуешь, — тихонько сказала она, когда рыдания чуть-чуть утихли. Она потерлась подбородком о мягкие завитки на его макушке. — Я тоже очень скучаю по твоей мамочке. Если ты кого-нибудь любишь и он уходит из твоей жизни, ты просто не можешь не скучать.

— Ага. Я и по папочке скучаю. И по Дэну. — Джонни поднял к ней лицо. — Почему ты прогнала Дэна, а, Синди?

— Я… — Синди запнулась. Не причинит ли она мальчику еще большую боль, сказав правду — что Дэн сам ушел? — Понимаешь, все дело в том… в общем, взрослые часто заняты. Дэн — юрист, к нему обращается за помощью множество людей. Но мы… — она покрепче прижала мальчугана к себе, — мы ведь всегда найдем время друг для друга, правда?

Он кивнул.

— Я… прости, что я на тебя накричал, Синди.

— Ничего. Я все понимаю. — Она заставила себя рассмеяться. — Держу пари, мы еще не раз будем ругаться так же, как сегодня. А все потому, что я вас люблю и всегда буду говорить вам, что нужно делать, а чего нельзя. Конечно, не стоило бы обижаться и кричать друг на друга. Но если разок-другой и получится… мы ведь всегда помиримся, правда? Мы ведь знаем, что любим друг друга.