— Ты ведь не хочешь сказать, что я принудил тебя к близости? — Он прищурился.

— Нет, конечно! Что ты, — испуганно пролепетала она.

— Я никогда не принуждаю женщину к сексу. В этом нет необходимости. И если ты не хочешь подобных отношений со мной, скажи прямо. Я это переживу, — пресно произнес он.

— Я никогда не говорила ничего подобного. Наоборот, ты необходим мне как воздух, я лишь надеюсь, что так будет всегда, — засыпала его заверениями Кассандра.

— Тебе известно, что ничто не может длиться вечно. Я не хочу дожидаться того момента, когда нас будет связывать привычка, взаимные упреки и подобные утренние разговоры, — процедил Хоакин.

— Черт возьми, да что я такого сказала?! — в отчаянии воскликнула женщина. — Как бы я хотела все изменить! — взмолилась она.

— Это возможно, — сказал Хоакин, снимая пиджак. — У меня есть еще время, — сообщил он, приближаясь к постели.

Он видел, как вспыхнул надеждой взгляд Кассандры. Она вновь была побеждена без боя.

Кассандра лежала под тонкой простыней до того, как он властным взмахом руки откинул это покрывало. Он впился плотоядным взглядом в ее обнаженную грудь.

Кассандра неловко прикрылась рукой. Ею овладело смущение. Она не впервые была нага перед ним. Но этот взгляд был особенным.

Хоакин словно прочел ее мысли.

— Одним взглядом можно либо испачкать, либо возвысить человека. Ты об этом когда-нибудь задумывалась? — спросил он.

— Почему ты об этом спрашиваешь? — смущенно прошептала она.

— Не виляй. Это у тебя на лице написано, — презрительно проговорил он. — Тебе всегда нравилось, как я смотрю на тебя обнаженную. Но прежде я думал о другом, исследуя твою наготу, потому ты и не конфузилась.

— А о чем ты подумал сейчас? — робко спросила его Кассандра.

— О том, что знаю тебя насквозь, — холодно сообщил он.

— Не удивительно, что мне стало так неуютно.