Она беременна. От Алджи. Своего жениха. Который в минувшую пятницу женился на ее подруге. Отлично!

Джеки машинально нажала клавишу воспроизведения на автоответчике. Там еще было несколько звонков от неизвестных…

Странный механический голос заполнил комнату, и в ней сразу как-то потемнело.

«Тебе не жить, маленькая ирландская дрянь. Ты разрушила мою жизнь, а теперь я разрушу твою. Ты у меня будешь пол вылизывать своим ядовитым язычком, а потом я из тебя вытряхну все кишки…»

Живот скрутило новой судорогой. Джеки сбросила автоответчик на пол и заткнула уши холодными, как лед, пальцами. Только бы не слышать этот отвратительный, механический голос!

То, что она сделала потом, было чистой воды инстинктом и к логике отношения не имело.

Джеки О’Брайен тщательно сожгла в пепельнице послание Черного Человека и смыла пепел в раковину, потом удалила все сообщения с автоответчика, потом приняла душ и начала собирать вещи.

Мысль о полиции не то чтобы не приходила ей в голову… Просто это была немножко неправильная мысль.

Когда папа Джеки был еще женат на маме Джеки, у него был закадычный дружок Сэм Каллахан. Они с отцом родились в Дублине, только Сэм переехал в Штаты гораздо раньше. Сэм Каллахан был здоровенным, благодушным, усатым и рыжим, у него был уютный журчащий говор, но главное достоинство Сэма заключалось в том, что он работал в полиции.

Недостаток тоже имелся – Сэм работал в полиции совершенно другого штата. В Монтане. В городе с гордым именем Литтл-Уотер-Рок. Кроме того, Сэм видел ее в последний раз, когда Джеки было семь лет. Аккурат тогда, двадцать лет назад, его и перевели в Монтану.

Скажем прямо, Джеки соображала плохо. Даже не то чтобы плохо, но медленно и немного рассеянно. Но даже и в таком состоянии она смогла осознать, что только что своими руками уничтожила все материальные доказательства угроз неизвестного маньяка в свой адрес. Это было очень плохо, но с этим уже ничего не поделаешь.