— По-моему, именно из-за того, что ее муж старался изменить ее и привить ей светские манеры, Пилар теперь часто ведет себя несколько неадекватно. — Он тщательно подбирал слова.

Граси поразило, сколь глубоко тронуло Маноло ее повествование.

— Может быть, ты и прав, — сказала она, надеясь, что Маноло теперь начнет видеть в Пилар женщину, а не просто средство для осуществления своей мести. — Во всяком случае, теперь ты знаешь, с какой заботой она будет относиться к собственным детям. Так что будет неплохо, если и ты всерьез воспримешь роль отца и мужа, — добавила она, возвращаясь к намеченной цели помешать этому браку.

По раздраженному сопению Маноло Граси поняла, что он никогда не осмелится открыто противостоять ей. Это придало ей решимости, и она, не тая улыбки, открыто взглянула на него. Глаза Маноло горели яростью.

— Не вижу смысла обсуждать то, что относится к далекому будущему, да к тому же никак тебя не касается, — процедил он. — Прошу тебя, не вмешивайся!

Граси показалось, что сейчас он похож на загнанного тигра — угрожающе рычащего, даже защищаясь. Тяжело дыша, Граси прижала к себе плюшевого Зантуса, пытаясь побороть желание бежать куда глаза глядят. Но ей было необходимо остаться и любой ценой убедить Маноло, что брак без любви — слишком большая цена за старую месть.

— Но то будущее, о котором я говорю, может настать уже совсем скоро. Пилар обожает детей, — продолжала гнуть свою линию Граси.

— И что же?

— А то, что тебе стоит поторопиться с тем, чтобы обзавестись большой семьей, — объяснила она, задорно подмигнув.

Маноло непроизвольно моргнул в ответ. Окинув взглядом манящие очертания тела Граси, останавливаясь на каждом его изгибе так, будто касался ладонью, он посмотрел Граси прямо в глаза.

— Ты имеешь в виду — заниматься любовью, — сказал он и сразу же замолчал, будто давая этим словам наполнить разделявшее их пространство.