— Да.

— Скажите, зачем вы летите на Баффинову Землю?

— Э-э-э… я… работаю… я эколог. Но в этой организации я работаю…

— Да я знаю. — Он улыбнулся, и Эвелин чуть не сползла с кресла на пол от того, как мягко и заманчиво проступили ямочки на его щеках.

Вообще ямочки на мужских щеках — это особая статья. На женских они смотрятся просто соблазнительно и все. А на мужских — завораживают и иногда лишают дара речи. Ямочки бывают разные, и не всякому мужчине они идут. Но если уж имеются — маленькие, неглубокие, как у Шарля, то придают обладателю несравнимое очарование! Вот если бы она, Эвелин, была мужчиной и у нее были бы ямочки…

— Эвелин, вы задумались о чем-то очень приятном, я уверен. Извините, что приходится вас отвлекать.

— Ой. Простите. А что вы сказали?

— Я сказал, что знаю ваши обязанности. Мы — коллеги. Нам в основном придется работать вместе, и… И не совру, если скажу, что меня радует такая компания.

Эвелин растаяла во второй раз. И тут же буквально лопатками почувствовала испепеляющие взоры всех женщин, сидящих вокруг.

— Но вот вопрос, — продолжал Шарль как ни в чем не бывало, — зачем вам-то все это надо?

— Это вы как журналист интересуетесь?

— Нет, — он улыбнулся так, что ямочки проступили глубже. — Как мужчина. Вы бы могли спокойно сидеть в Довиле, днем — заниматься сайтом, вечером — гулять по цветущему городу… Я бы мог составить вам компанию… А вместо этого мы оба летим из весны в зиму.

Эвелин сердито сдвинула брови. Жаль, что Бернар сидит в наушниках и закрыв глаза. Жаль! Ему полезно было бы послушать, что говорят другие о ее визите на этот самый канадский остров!

— Ну вот видите, так или иначе мы составим друг другу компанию. Правда, я согласна, что в парках Довиля это было бы во сто крат приятнее, чем на севере Канады. Зато вот мсье Ренуа считает, что…

— Я считаю, что тебе полезно освежиться! — ворчливо раздалось с соседнего ряда.