Да, это само совершенство. Здесь все ясно. По части благополучия Крис в другой лиге. Брайди до нее далеко. Не слишком обрадованная этими мыслями, она поехала дальше по дороге. Участок Корнби тянулся по взгорью еще сотни полторы метров. И с чего это она удивилась тому, что ее дочь живет в прекрасных материальных условиях? Или она забыла, что ее мать всегда поклонялась деньгам, а еще больше власти, которые они дают; ей бы в голову не пришло отдать свою внучку в руки бедняков.

По завещанию Элизабет оставила Брайди сто долларов. Остальная часть ее состояния была передана на строительство здания ратуши и городской библиотеки. Завещание было составлено и оформлено в день рождения Крис. Все было сделано в считанные часы: в то время как мир Брайди рушился, мать известила дочь, что лишает ее наследства.

Тогда деньги не особенно волновали Брайди. Но, перечитывая завещание в прошлом месяце, Брайди была глубоко травмирована жестокостью матери. Прощение — одна из самых трудных вещей, думала Брайди. А она сама? Простила ли она свою мать?

Брайди с раздражением передернула плечами. Развернувшись, она снова проехала мимо дома Корнби. Во дворе все так же не было признаков жизни. Переходим ко второму пункту, подумала она и направилась в город. Еще через десять минут она сидела в кафе-кондитерской на углу улицы около средней школы и смотрела в окно. Если ее предположения правильны, Крис должна пройти по этой улице.

Солнце сияло на безоблачном небе, для конца апреля было удивительно тепло. Брайди надела большие черные очки и широкополую шляпу, скрывавшую волосы. Не забыла она и купить газету, чтобы в случае чего спрятаться за ней.

Она сидела как на иголках. Одно дело проехаться мимо дома Корнби, другое повидать свою дочь.

Хотя Брайди терпеть не могла фильмы ужасов, она любила Джеймса Бонда. Этим утром она поймала себя на мысли, что изображает агента 007. У нее было такое ощущение, что на нее все смотрят и Крис, если ей случится пройти мимо витрины, мгновенно узнает ее.