Друзья Лоретты сразу же отстранились, ее отец несколько лет назад уехал из этих мест, мать, тетя Джулии, умерла, когда Джулии было восемнадцать. А Шэрон, мать Джулии и тетя Лоретты… жила у своего второго мужа. Да, ее мама была счастлива в эти дни, может быть, поэтому Джулия чувствовала себя совершенно одинокой и не решалась просить у нее помощи, в которой так нуждалась. Вторым мужем ее матери стал тридцатисемилетний «вечный актер», всю жизнь ждущий свою грандиозную роль, и Шэрон Грегори, актриса, была одержима стремлением найти такую роль для него, чтобы он смог наконец осуществить свою мечту. Выходя замуж во второй раз, она взяла девичью фамилию, что позволило ей представляться посредником своего мужа, Мэтта Кэйди, избегая конфликта интересов. К тому же Шэрон не любила теперь встречаться с Джулией, двадцать три года которой напоминали ей о возрасте.

Отстраненность матери и подтолкнула Джулию уехать из Калифорнии, которая до девяти лет была ее домом, в Филадельфию. Это все способствовало ее сближению с Лореттой, хотя они не виделись более тринадцати лет. Сближению? Джулия начинала в этом сомневаться.

— Вот. — Это вернулся Том.

Он принес воду со льдом, пакет подсоленных крекеров и большой пакет необычных чипсов. Джулия тут же начала жевать соленый крекер, чувствуя, как успокаивается желудок.

— Я извиняюсь за эти чипсы, — сказал он, показывая на пакет. — К сожалению, они имеют привкус боврила.

На его лице отразилось такое искреннее раскаяние, что она чуть было не рассмеялась.

— Что такое боврил? — тихо спросила она, пробуя их. Пожалуй, они не такие уж и соленые. Чипсы не мешало бы подсолить.

— Это горячий мясной бульон, который пьют в Англии, — осторожно ответил Том, стараясь не испугать ее. — Месяц назад я ездил туда по делам и… Понимаешь, я ел это нечто вместе с моим братом Лайамом. Я выполняю своеобразную миссию: ищу самые причудливые в мире закуски, чтобы он их попробовал. — Он усмехнулся в надежде, что она тоже улыбнется. — Ему шестнадцать лет. Он приехал сюда из Филадельфии на лето.