— Что тебе здесь надо?

— Ваши текущие счета, естественно. — Он даже не потрудился оторваться от чтения.

— Дай сюда.

Лори протянула руку и вырвала бумаги. Алекс железными пальцами обхватил ее за запястья и лишь сильнее сжал их, когда она попыталась высвободиться. Он не произнес ни слова, только взглянул на нее исподлобья, но, разглядев выражение его светлых глаз, Лори разжала руки, и бумаги полетели на стол.

Лори с ненавистью смотрела на него и яростно терла запястья, чтобы умерить боль.

— Ты не имеешь права. Это секретные документы.

— В течение… — Он снова взглянул на часы. — …еще примерно тридцати двух минут. Но тогда секретность будет ни к чему, а я бы хотел войти в новое дело подготовленным. В данном конкретном случае, — продолжал он, улыбаясь одними лишь губами, глаза его оставались абсолютно бесстрастными, — мне необходимо было убедиться, что я имел дело с реальными, а не с воображаемыми цифрами, что их не придумали для обмана ни в чем не повинного покупателя.

— Это ты-то ни в чем не повинен! — взорвалась она, вспомнив Джеймса, чья честность не знала границ. — Подползаешь, словно змея, и обираешь людей до нитки!

На ее щеках опять появились пятна от гнева.

— На мой взгляд, тебе меньше всего пристало читать мне лекции о честном поведении в бизнесе.

— Что ты имеешь в виду?

— Согласен, «Барези Интернешнл» может вести жесткую игру, но — в отличие от некоторых других фирм — мы всегда играем в открытую.

— Душите в открытую, ты хотел сказать?

— Если угодно, да, — сухо произнес Алекс. — Порой это даже гуманно по отношению к умирающему. — Он вновь опустил глаза на компьютерную распечатку. — Цифры весьма тревожные. Оказывается, дела обстоят еще хуже, чем меня информировали.

— А кто в этом виноват? — Голос Лори дрогнул. — Кто затеял всю эту безжалостную вендетту?