— Понятно. Я и не знал, что вы больше не работаете горничной.

— Я временно нахожусь в отделе регистрации, — сказала она.

Отчет был длинным, усложненным цифровыми выкладками и строительными терминами, которые мистер Холт объяснял ей попутно. В конце работы он сказал:

— Это строго конфиденциально.

— Да, сэр. Понимаю. Я буду чрезвычайно осторожна.

Она взяла блокнот и пачку бумаги, которую он дал ей. Когда она подошла к двери, он сказал:

— Я вернул мех его владелице. — Легкая улыбка появилась на его губах и отразилась в глазах.

Андреа хотела спросить его, как он поступил: отдал ли мех непосредственно мисс Дженсен или передал его через третьи руки, но решила, что это будет неосмотрительным поступком.

— Благодарю вас. Вы очень добры, — пробормотала она.

Работая над отчетом, она думала о том, как неуютно и нелегко находиться ей в обществе мистера Холта. Она надеялась, что больше не придется работать для него. Он ухитрился напомнить ей о досадном инциденте, заставил испытать смущение. Другой на его месте промолчал бы или обратил все в шутку.

Но даже у него, похоже, имелись свои трудности. Пока Андреа перепечатывала свои записи, она заметила, что в отчете проводился анализ задержек в работе, кратковременных забастовок, мелких происшествий и чуть не совершившихся несчастных случаев, которые имели место в квартале магазинов и офисов, строившемся компанией мистера Холта.

Когда длинный отчет был закончен, Андреа решила, что лучше передать его лично мистеру Холту. На лестнице она встретила мистера Селборна, коммивояжера фирмы, занимающейся пластмассами. Это был человек средних лет, с заметной лысиной и с доброй улыбкой. В последние две недели он давал Андреа пачки разной корреспонденции.

— Закончили работать? — спросил он.

— Нет, я работаю до восьми, — ответила она.

Он пошел рядом с ней по коридору.