Он быстро взглянул на меня и криво ухмыльнулся, понемногу оттаивая.

- Тебе удается немало вытянуть из меня благодаря своему искусному кокетству, - проговорил он нехотя.

- Вовсе нет. Просто женщины для тебя - лишний "гвоздь в заднице". И если бы я действительно кокетничала, ты просто отшлепал бы и выгнал меня.

Эту приманку он не заглотнул, но все-таки протянул руку к телефону и набрал номер отдела документации.

- Говорит Долан. Попросите Эмеральд принести мне материалы по делу Лоренса Файфа. - Он положил трубку на место и снова откинулся на спинку стула, посмотрев на меня со смешанным выражением задумчивости и отвращения.

- Надеюсь, что никаких жалоб по поводу незаконного использования тобой этих материалов до меня не дойдет. Но если хоть кто-нибудь об этом сообщит - сейчас я говорю о свидетелях, которые могут выразить возмущение, в том числе и о своих сотрудниках, - то у тебя будут большие неприятности. Усекла?

В знак согласия я поднесла к виску три стиснутых пальца правой руки:

- Честное скаутское.

- Когда же это ты была скаутом?

- Как-то раз почти целую неделю провела в команде девочек-скаутов младшего возраста, - ответила я игриво. - Мы вышивали розочки на носовых платках - это были подарки к Дню матерей, но мне это занятие показалось глупым, и я сбежала.

Кон даже не улыбнулся.

- Можешь расположиться в кабинете лейтенанта Беккера, - предложил он, когда принесли нужные документы. - Там тебе не будут мешать.

И я направилась в кабинет Беккера.

Чтобы просмотреть всю груду бумаг, понадобилось целых два часа, и, кажется, я начала понимать, почему Кон так неохотно позволил мне взглянуть на это дело.

Сразу бросалась в глаза целая кипа телетайпных сообщений из полицейского управления Западной префектуры Лос-Анджелеса, касающихся второго убийства. Сначала мне показалось, что это просто ошибка телеграммы без всяких комментариев были подшиты не в ту папку.