- Не правда! - прохрипел Грейди.

- Почему? Я не понимаю! - воскликнула Бэннер, вдруг осознав происходящее. До сих пор Грейди, мучившийся от боли, полностью владел ее вниманием. - Зачем ты явился сюда и расстроил мою свадьбу? Ну почему?

Церковь гудела от возбуждения. Ничего подобного в маленьком Ларсене еще не случалось, и рассказы о происшедшем десятилетиями будет передаваться из уст в уста. Все жадно ловили каждое слово.

- Из справедливости. - Берне отвратительно улыбнулся. - Разве справедливо, что ты выходишь за него замуж, когда он заделал ребенка моей Ванде, а?

Грейди зашевелился и, несмотря на державшие его руки Бэннер, поднялся. Шатаясь, как пьяный, от боли, он с трудом сосредоточил свой взгляд на Борисах.

- Не от меня она беременна. От каждого произнесенного слова толпа ахала. Бэннер встала рядом с Грейди, взяла его за руку и с вызовом посмотрела на отца и дочь, расстроивших ее свадьбу, такую же прекрасную, какой обещала стать вся дальнейшая жизнь. Она даже не заметила, что ее платье залито кровью жениха. Бэннер не обращала внимания и на реплики гостей.

Несколько мужчин смущенно потупились. Ли переминался с ноги на ногу, избегая встречаться с бешеным взглядом Догги Бернса или угрюмым молчащей Ванды. Мика конвульсивно сглатывал слюну. Ма Лэнгстон смотрела на него так, что любой пришел бы в замешательство.

- А вот Ванда говорит, что это ты, Шелдон, - насмешливо сказал Догги. Разве не так, Ванда? - Он толкнул женщину вперед, чтобы все увидели ее огромный живот.

Ни капли стыда в глазах Ванды не было, они лукаво блуждали по толпе. Губы ее самодовольно надулись. Многие мужчины, находившиеся здесь, были виноваты в том, что у Ванды столь скверная репутация. Сейчас они жалели о том, что когда-то прикоснулись к ней, и благодарили Бога, что уличен только Грейди Шелдон.

- Да, это его ребенок, - мрачно подтвердила Ванда. - Он приставал ко мне, когда папы не было дома. Он.., он...