— Друзья, которые даже не пишут Гарри Поттеру? — лукаво спросил Добби.
— Наверное, они просто… постойте-ка… — нахмурившись, сказал Гарри. — А откуда это вы знаете, что мои друзья мне не пишут?
Добби засмущался, водя ногой по полу.
— Гарри Поттер не должен сердиться на Добби… Добби хотел, как лучше…
— Вы что, перехватывали мои письма?
— Они у Добби, сэр, — сказал эльф. Проворно отодвинувшись так, чтобы Гарри не смог дотянуться, он вытащил толстую связку конвертов из-под своей наволочки. Гарри успел разглядеть аккуратный почерк Гермионы, каракули Рона и даже закорючки авторства, судя по всему, хогвартского лесничего Хагрида.
Добби заморгал, тревожно уставившись на Гарри.
— Гарри Поттер не должен злиться… Добби надеялся… если Гарри Поттер подумает, что его друзья о нём забыли… возможно, Гарри Поттер не захочет возвращаться в школу, сэр…
Гарри уже не слушал. Он потянулся к письмам, но Добби отпрыгнул от него.
— Гарри Поттер их получит, сэр, если он даст Добби слово, что не вернётся в Хогвартс. О, сэр, это опасность, с которой вы не должны сталкиваться! Скажите, что вы не вернётесь, сэр!
— Нет, — сердито сказал Гарри. — Отдайте мне письма моих друзей!
— Тогда Гарри Поттер не оставляет Добби выбора, — печально сказал эльф.
Не успел Гарри пошевелиться, как Добби устремился к двери, распахнул её… и рванул вниз по ступенькам.
У Гарри пересохло во рту, а живот начало крутить, он бросился за ним, стараясь не шуметь. Прыгнув через последние шесть ступенек, он мягко приземлился на ковёр в коридоре, оглядываясь в поисках Добби. Из столовой долетал голос дяди Вернона: «…расскажите Петунии ту смешную историю о тех американских водопроводчиках. Она так мечтала её услышать…»
Гарри вбежал на кухню и почувствовал себя так, будто у него пропали все внутренности.
Шедевр тети Петунии, великолепнейший десерт, гора из сливок и сахарных фиалок, плавал под потолком.