Тёмыч, наконец, очнулся и двинулся навстречу. Давно бы так. Надеюсь, сам догадается подхватить меня на руки, не хватало еще просить его об этом. Платье замечательное, спору нет, но дизайнер явно не рассчитал ширину шага.

Идиллия едва не стала трагедией: Артём чуть не угодил под машину. Откуда она взялась? Черный внедорожник, такой нелепый среди украшенных лентами и шарами лимузинов, словно черный ворон в стае белых лебедей. (я же говорила, описания мне удаются на славу. иной раз чувствую себя поэтом)

Все произошло внезапно и совсем нестрашно. Веселый розыгрыш, чтоб свадьба запомнилась гостям необычностью. Внедорожник резко затормозил между нами. Я подумала, что водитель сам испугался того, что едва не задавил человека.

Из машины выскочили два амбала, и уже через мгновение я мчалась в неизвестном направлении на бешеной скорости. Прочь от загса. Прочь от гостей. Прочь от счастья.

Откуда я знала, что ты меня любишь? Ты ведь ни разу не сказал этих слов. А глаза у тебя, прости, не слишком выразительные. Тогда откуда я знала? Чувствовала? Вряд ли. Догадалась. Я всегда была догадливой девочкой. Ты слишком глупо себя вел. Раньше меня это смешило.

А сейчас нет. Ты перестал вести себя глупо. Как резко ты изменился!

О чем это она? Разве сейчас это важно?

Сейчас важно одно: чтобы муж не нагрянул, куда его не звали.

Лёшка протянул к ней руку. Чуткими пальцами зачесал волосы назад, обнажив ухо. От его прикосновения стало тепло и будоражно: Наташа не замечала, что у него такие нежные руки. Зачем она уворачивалась от них раньше? Глупая.

Только бы не полез целоваться! Только бы не испортил все — в ней впервые в жизни встрепыхнулись какие-то чувства к нему. Еще некрепкие, неосознанные. На уровне подсознания. Или нет — на уровне тела. Да. Захотелось вдруг большего. Не с кем-то — с Лёшкой Дружниковым. Самой не верится, но ведь правда — хочется. Хочется так, что…