— Слишком много приятелей? — осторожно спросила Грейс.

— Слишком много поздних визитов. И она сама вечно возвращалась на рассвете.

— Похоже на Виллу.

— Дело не в том, что она нам не нравилась, я думаю, что мы ей тоже не нравились, но даже поселившись одна, она не казалась слишком счастливой. Всегда была чем-то озабочена…

— Как если бы не смогла заплатить за квартиру?

— Нет, совсем иначе. Нэнси полагала, у неё проблемы с мужчинами. А я считала, что у неё роман с женатым человеком, потому она и захотела жить отдельно.

— Вы его знали?

— Нет. Ходили слухи, что он из стариной шведской семьи. Но теперь, раз она выходит замуж, мы скоро все узнаем, правда?

— Грейс, — послышался голос Кэт Синклер, — вам следует воспринимать рассказы Уинфред с известной скидкой. У неё изумительный дар расцвечивать скучные факты. Не так ли, дорогая?

Уинфред презрительно ухмыльнулась, но не рискнула нагрубить хозяйке.

— Я бесконечно устала от разговоров о вашей кузине, Грейс, — подчеркнуто пренебрежительно бросила Кэт. — Она здесь была не слишком популярна. Расстроила детей, подвела Питера — бросила все на него и сбежала. Уинфред, помогите мне, пожалуйста, с напитками. Питер, как всегда, забыл, что на приемах, где он хозяин, не следует так увлекаться. Вы нас извините, Грейс.

Маленькая горячая рука скользнула в руку Грейс и крепко её сжала.

— Мисс Эшертон, а мы с братом знаем, где Вилла.

Грейс посмотрела вниз на веснушчатое лицо Джорджии Синклер. Ее прямые волосы падали на плечи, глаза были ужасно серьезны, и было ясно, что она не шутит.

— Где? — спросила Грейс.

— В лесу.

— В каком?

— Где лоси. Пойдемте наверх, мы с вами поговорим.

— А где Александр?

— Наверху. Он ещё маленький для взрослых вечеринок. И мне нельзя, я ведь не умею вести умные разговоры.