Хлопнула дверь, и Реймонд спустился с крыльца.

Селина вспомнила, что были времена, когда она вот так же смотрела на него при свете фонаря и думала, что он самый красивый и добрый на свете. Всякий раз, когда они с мамой приходили в банк, он обращался к ней по имени и трепал за косички. Она мечтала о том, что выйдет за него замуж, когда вырастет, и ее совершенно не смущал тот факт, что Реймонд уже женат на Френни Дюмон; а когда этот факт мог бы заставить ее пересмотреть свои планы, она успела убедиться в том, что на свете существуют и более добрые, красивые и к тому же молодые мужчины.

Когда Реймонд ступил на лужайку, она решила, что он вознамерился просить у нее помощи, дабы она воздействовала на его матушку. В душе она была согласна с Реймондом, считая, как и он, что Уиллу Бомонту лучше всего навсегда оставить Гармонию, и как можно скорее. Но разговаривать с Реймондом ей не хотелось. Она и так была достаточно взбудоражена, не хватало только выслушивать его возмущенные речи.

Но ему была нужна не Селина. Он направился к дому для гостей, а значит, к Уиллу Бомонту.

Селине с ее веранды был виден вход в дом для гостей. Не считая любопытство большим пороком, она осталась на своем месте и принялась наблюдать.

Реймонд ударил в дверь так, что Селина вздрогнула. Свет не зажегся. Лишь через минуту или около того на пороге появился Уилл Бомонт.

Свет фонаря, расположенного возле дома мисс Роуз, не достигал дома для гостей, поэтому только луна освещала его крыльцо. Но и ее света было достаточно для того, чтобы Селина отчетливо видела Уилла. Видела, что на нем джинсы, а торс его обнажен. И даже почти что видела капельки пота на его груди.

— Какого черта ты сюда явился? — рявкнул Реймонд.

Он задыхался от ярости. Своим вторжением Уилл создал угрозу его спокойной, размеренной жизни. Неудивительно, что он рассердился. И испугался тоже, это чувствовалось по его голосу.