Затем настала очередь миссис Севенсон, утиравшей глаза своим неизменным кружевным платочком. Грудь экономки бурно вздымалась.

— Спасибо небесам, что вы вообще приехали, мастер Нор! Времена печальные, очень печальные, но наши души утешает то, что вы снова дома!

— Милая Севен… — Нор назвал экономку прозвищем, которое дал ей в детстве. Он крепко обнял пожилую женщину. — Мне и в самом деле казалось, что дед проживет до ста лет. Я бы не уехал так надолго, если бы…

— Знаю, дорогой. — Она похлопала Нора по спине, освободилась из его объятий и серьезно сказала: — Но вы не должны огорчаться. Как бы сказал мистер Винсент, вчерашний день прошел, а сегодняшний нужно прожить как можно лучше, потому что время не ждет и за углом уже стоит завтра.

— Помню, — невольно улыбнулся Нор.

— Я уверена, что няня Рэббитс расскажет вам о…

— Ах да, няня Рэббитс! — вскинулся Нор. — Оливер сообщил мне, что вашего полку прибыло. Где она?

Бартлетт откашлялся.

— Очень тактичная леди, мастер Нор. Поскольку мы с миссис Севенсон служим в доме намного дольше, няня Рэббитс хотела дать нам побыть с вами наедине. Однако… — он указал рукой на лестничную площадку, — я ожидаю, что она спустится с минуты на минуту.

— В самом деле! — Трепещущая миссис Севенсон, ведя за собой Нора, устремилась под высокую палладианскую арку, туда, где лестница совершала красивый изгиб и образовывала площадку второго этажа. — Няня Рэббитс ждет не дождется, когда увидит вас.

Не больше, чем я ее, мрачно подумал Нор.

Ступив на величественную лестницу, широкие ступени которой постепенно сужались, он инстинктивно поднял взгляд… и обомлел. На фоне высокого стрельчатого окна стояла женщина; свет, лившийся сзади, окутывал ее голову сверкающим нимбом. Роскошные рыже-золотистые волосы обрамляли ее лицо и искрящимися ручьями падали на плечи.