– А как же насчет прибыли? Я хочу сказать, если книга плохая, читатели просто не купят ее.

– Если последняя работа писателя имела успех, публика обязательно купит его новую книгу. Беспокоиться нужно, только если следующая за ней никуда не годится.

– В таком случае вы не препятствуете автору уйти к одному из ваших соперников! - воскликнула Кэсси, радуясь своей проницательности.

– Не всегда. Здесь опять вступает в игру то самое внутреннее чутье, которое подсказывает вам, действительно ли автор исписался и больше ни на что не способен, или же стоит повозиться с ним, пока он не напишет еще один шедевр.

Кэсси задумалась, не уверенная, вправду ли все настолько сложно, как изображает Гилмор. Слишком уж он непростая личность, ведь каждый раз, когда она считала, что начинает понимать его, оказывалось, что это далеко не так.

Временами он был суров и требователен, а потом вдруг удивлял ее простотой и приветливостью обращения, его нетерпеливость и нетерпимость могли неожиданно смениться заботливым вниманием, но главной его чертой было огромное обаяние. И Гилмор умело им пользовался - как в хитросплетениях бизнеса, так и со множеством женщин, которые постоянно появлялись и исчезали в его личной жизни.

Он хотя и требовал сводить до минимума личные разговоры по телефону, но сам этого правила не придерживался. Женщины буквально осаждали его звонками. И надо отдать ему должное: он умел поставить себя с ними и, хотя ему явно нравилось быть предметом их домоганий, отнюдь не собирался попадать в их сети!

– Если мисс Эдмундс снова позвонит, - однажды сказал он Кэсси, после того как эта девушка позвонила ему в шестой раз и он опять отказался говорить с ней, - скажите ей, что мне пришлось срочно вылететь в Рим и вы не знаете, когда я вернусь.

– А вдруг она увидит вас в ресторане? - спросила Кэсси, поразившись его жестокости. - Она ведь знает, где вас можно найти, и наверняка пойдет туда.