Карие глаза Бонни изумленно распахнулись.

— Я? Но что я могу сделать? — Однако затем, услышав резкий выдох Мередит, она понимающе охнула.

— Ты знала, где меня искать в тот день, когда я отправилась на кладбище, — объяснила Елена. — И ты даже предсказала приход Стефана в школу.

— А я думала, ты не веришь во всю эту экстрасенсорику, — слабо отозвалась Бонни.

— Просто в последнее время я кое-что про это узнала. Так или иначе, я готова верить во все что угодно, если это поможет найти Стефана. Если есть хоть какой-то шанс, надо обязательно попытаться.

Бонни сжалась в комочек.

— Нет, Елена, ты просто не понимаешь, — с несчастным видом выговорила она. — Я не обучена и не могу управлять этим. Кроме того… это уже не игра. Чем больше ты используешь эти силы, тем больше они используют тебя. В конечном итоге они могут поработить человека против его воли. Это очень опасно.

Елена встала и подошла к комоду вишневого дерева, глядя куда-то в пространство. Наконец она повернулась к подруге.

— Ты права, Бонни, это уже не игра. И я отчетливо осознаю, что это может быть очень опасно. Но то, что происходит со Стефаном, тоже не игры. Пойми, Бонни, он сейчас неизвестно где, и ему очень плохо. Никто не может ему помочь, никто даже не ищет его, не считая врагов. Возможно, он сейчас умирает. И даже может статься, что он… что он уже… — Горло у Елены перехватило.

Она опустила голову и сделала глубокий вдох, пытаясь прийти в себя. Когда она снова подняла глаза, то заметила, что Мередит пристально смотрит на Бонни. Бонни расправила плечи и подняла голову. Губы ее плотно сжались, а в обычно мягких карих глазах засиял угрюмый свет, когда они встретились с глазами Елены.

— Нам понадобится свеча, — сказала Бонни.

Спичка зашипела, рассыпая искры во тьме, а затем комнату осветило яркое пламя свечи. Оно мягко позолотило лицо Бонни, склонившейся над столом.