— Ну, конечно, поближе… Там будет очень холодно. Вот в эту корзинку… Ты не беспокойся… Я сама уложу…

— Это и лучше будет. Займись делом…

Муж и жена старались обмануть друг друга, поддержать бодрость духа и скрыть глубоко горе, точившее их сердца.

Молодая женщина стала особенно усердно укладывать вещи. А муж её стал одеваться.

— Я пойду еще, Маруся, мне надо по делу в воинское присутствие…

Молодая женщина вдруг встала, порывисто, решительно подошла к мужу и заговорила:

— Ты не сердись на меня, светик… Я прошу тебя, умоляю…

— Господи, что еще ты придумала?..

— Ты иди по своему делу… Не беспокойся обо мне. Со мной ничего не случится…

— К чему это предисловие? Что ты задумала?

— Ты иди по своему делу. А мне позволь пойти еще раз в Хамовники… Проститься с той девчуркой… Не могу ее забыть.

— Это с нищенкой-то! Ну уж нет… Этого не будет, — решительно запротестовал офицер.

— Прошу тебя, умоляю… Ты меня не провожай… Я не могу, я должна…

— Совершенно не нужно… Ты мне обещала. Лишние терзания… Лишние муки… Все выяснено.

— Да, конечно… Но я хочу еще кое-что ей отдать из платьев… Такая она несчастная… Не выходит у меня из головы.

Офицер ходил взволнованно по комнате, крутил усы, как будто сердился, или что-то обдумывал. Жена его стояла посредине комнаты с куклой в руках и со страхом и мольбой глядела на него.

Наконец, муж остановился перед ней и проговорил деланно-сурово:

— Маруся, милый друг, надо положить этому конец… Я много тебе уступал. Из-за тебя я даже сделал упущение по службе… Больше я не могу… Никуда ты не пойдешь… Завтра мы едем. Ты знаешь, это необходимо…

Молодая женщина вдруг отчаянно зарыдала и, не помня себя, крикнула:

— Я хочу отдать ей куклу… Только куклу… Тогда, может быть… Постараюсь не думать… Не будет воспоминаний… Забуду… Только куклу… Куклу отдам!..