– Госпожа Ньяма, я оставлю у вас ребятишек недельки на три? – попросил отец Затычки. – Хочу, чтобы город ваш посмотрели.
– Да пускай остаются хоть на месяц, места, что ли, нет! – кивнула Королева Ньяма, хрустя хворостом. – Я их подкормлю немного, – мечтательно добавила она, слизывая сахарную пудру с растопыренных пальцев, – а то совсем тощие, смотреть страшно!
Затычка тихонько фыркнул, представив, как бесподобно они трое будут выглядеть, откормленные Королевой Ньямой.
Как пончики.
Глава третья. Кухня и лавка
Отец Затычки покинул Ньямагол на следующее утро, унося в Акватику очередную порцию грамот.
Данюшки остались осваивать новый город и дворец Королевы Ньямы.
Очень скоро они выяснили, что город полон интересных мест, для караванов отведен специальный Караванный Двор, а в пряничном дворце вся жизнь сосредоточена на шумной кухне.
В парадных залах, там, где высокие троны, пышные знамена, строгие портреты и мраморные колонны – тихо и безлюдно, туда даже муху не заманишь, разве что одинокая моль заберется пожевать горностаевую мантию Королевы, накинутую на пустой трон.
Вечерами данюшки сидели на подоконнике своей комнаты и смотрели на площадь.
Из дворца и из ратуши выходили люди, и было видно, что завсегдатаи дворца заметно отличаются от завсегдатаев ратуши.
Те, кто посещал ратушу, были серьезные, неулыбчивые и большей частью довольно худые люди, а те, кто частенько наведывался во дворец, лоснились, словно сдобные булочки.
Очень скоро друзья поняли, почему так происходит: Королева Ньяма серьезно взялась и за них.
Не успевали они позавтракать, как им предлагали попить чаю, то есть, если называть вещи своими именами, съесть такое же количество плюшек, булочек и сладких пирожков, как час назад.