Девушка очнулась в местности, поверхность которой отдаленно напоминала металл. Она сразу же смогла найти ей точное определение. Ум ее располагал множеством средств выражения, четко соответствовавшим месту, которое она собиралась изучить. Мари-Шатт мысленно отметила отличную работу аппарата по обучению языку. Однако в тот самый момент, когда к ней пришла эта мысль, она почувствовала, что испытывает необычные трудности, пытаясь сформулировать ее. Надеясь поупражнять ум, повторила эту мысль на языке нового для себя мира. Но как только она это сделала, у нее пропала способность воспроизводить мысли на родном для нее языке - языке землян. И как она ни напрягалась, ей так и не удалось ничего вспомнить.

Это неожиданное затруднение удивило и расстроило ее. Но вот постепенно досада стала уходить из ее сознания, как уходит воздух из дырявого мяча и его больше не остается там.

С прибытием к месту назначения приборы, предназначавшиеся для обучения ее языку инопланетян, распались вокруг нее вместе с оболочкой транспортного средства. Но при распаде вышли из строя, что и способствовало тому, чтобы выветрить из памяти Мари-Шатт родной язык.

В ее мозгу, свободном от прежних воспоминаний, возникли мысли, далекие от ее прежней жизни.

Когда первый дианиец приблизился к ней, Мари-Шатт поняла очень хорошо, что он у нее спрашивал, однако не нашла, что ему ответить.

Он спросил у нее, кто она и что делает здесь. Девушка не знала этого.

Удивление его было таким же сильным, как и ее растерянность.

Дианиец, вероятно, проконсультировался с вышестоящими властями, так как очень скоро он вновь обрел уверенность.

- По всей вероятности, - передал он незнакомке, - ты прилетела с системы, которая была недавно открыта. Этим объясняется то, почему у нас нет данных о твоем строении. Несомненно, мы пригласили тебя, чтобы изучить тебя.