Никки посмотрела на фотографию. Очень старый мужчина, но глаза оставались живыми.

Кристал подошла к окну и раздвинула портьеры.

— Мне нужно составить список ценных вещей. — Она достала блокнот из большой сумки. — Начну прямо сейчас, раз уж мы здесь. Думаю, среди этих книг могут быть первые издания.

— Я могу побродить по дому? — спросила Никки. — Хочу все увидеть.

Кристал кивнула.

Никки прошла в столовую, а оттуда, через вращающуюся дверь, на самую древнюю кухню, какую она только видела. В столовой стоял такой отвратительный запах, что Никки тут же выскочила оттуда и побежала по коридору, который вел за большую гостиную.

Там Никки обнаружила две спальни, в каждой стояла кровать с пологом на четырех резных столбиках из черного дерева и большой гардероб с зеркалом в человеческий рост. На втором этаже находились еще четыре спальни. Никки выдвинула несколько ящиков, ожидая найти их пустыми, но в них лежала сложенная одежда, коробочки с драгоценностями, щетки для волос, старые флаконы, из которых давно испарились духи. Похоже, в этих комнатах никто ничего не трогал с тех пор, как люди, которые в них жили, уехали или умерли.

На втором этаже Никки обнаружила кабинет. На столе там стоял компьютер, и повсюду лежали папки, бумаги, книги. Должно быть, ее прадедушка здесь работал. До ухода на пенсию он был профессором в колледже, но Никки не знала, что он преподавал. Вероятно, какую-то науку.

«Как странно, — думала она. — Не считая последних дней, в этом доме постоянно жили более ста пятидесяти лет. Он никогда не пустовал, его не продавали — им всегда владели мои предки. Здесь росли дети, умирали старики. Дом столько лет наполняла жизнь, что он и сам стал живым… И теперь эта внезапная пустота и осознание, что он никому не нужен».

Никки легко представила себе, как испуган сейчас дом, как ему одиноко. «Что ж, ты нужен мне, — мысленно успокоила она особняк. — Я думаю, ты прекрасен».