Эдельсон улыбнулся.

— Да нет, конечно, вы ничего не сделали, — он пролистал свой блокнот и некоторые бумаги на дальнем от Линча конце стола. — В академии вы на хорошем счету, поэтому и находитесь здесь. А исчезновение является частью задания. Я же работаю как сезонник. Иногда в Бюро особой службы — подрывные дела, другие секретные задания. Иногда в Отделе по борьбе с убийствами, проституцией и наркотиками. Сейчас как раз — убийства и проституция. Я у них как посыльный. Сейчас они выдохлись и взвалили на меня всю черную работу. Ладно, мне, в отличие от вас, не привыкать, хотя, платят вам те же люди, что и мне. Дело касается того убийства в Сентрал-Парк на прошлой неделе.

— Когда порезали «голубого» на детской площадке?

— Парня разделали на детской горке. Семьдесят четыре колотые раны в живот, грудь и горло. Штаны сняты, ягодицы исполосованы ножом. Половые органы отрезаны и брошены в кусты.

— Боже, — выдохнул Линч.

— Некоторые назвали бы это слишком крутым наказанием для парня, который искал себе однополого партнера.

— Вы уверены, что несчастный был «голубым»?

— Скорее да, чем нет, несмотря на то, что убитый был женат, имел детей.

— Как вам удалось это установить? Ведь парень мертв?

— Кто-то из отдела по борьбе с убийствами выяснил это, — ответил Эдельсон. — Картина преступления показалась знакомой. Похожий почерк. Со Дня благодарения это уже четвертое аналогичное убийство, но раньше никто не замечал между ними никакой связи. Потом один детектив из отдела по борьбе с проституцией обратил внимание, что второй жертвой был мужчина-проститутка, стоящий на учете.

— «Голубыми» были все четверо?

— Именно. Шеф полиции вызвал меня и поручил это дело пять дней назад. Я приказал собрать информацию по первой и третьей жертвам. Оказалось, холостяки, каждый жил вместе с мужиком в одной квартире, и все остальное в том же духе. Правда, в отношении последнего парня есть некоторые сомнения.