— Просто здорово! Замечательно! Большое тебе спасибо.

— Элен, добрый вечер! — Из кухни, приветливо улыбаясь, вышла няня, Конни Митчелл.

Невысокая, добродушная и очень уютная Конни напоминала Элен белую пастилу. Сегодня сходство подкреплялось еще и белоснежным фирменным свитером с эмблемой Пенсильванского университета. Конни выпустила свитер поверх широких, удобных джинсов, заправленных в сапожки из овчины. В уголках глаз — «гусиные лапки», в каштановых волосах, собранных в конский хвост, мелькает седина. Конни уже немолода и иногда явно утомляется, но это не мешает ей всегда быть бодрой и веселой.

— Как прошел день? — поинтересовалась Конни.

— Ох, даже не спрашивайте. А у вас как?

— Просто отлично, — энергично ответила Конни, и Элен в очередной раз поздравила себя с таким подарком судьбы. До Конни она сменила немало нянь и сиделок и знала: нет ничего хуже, чем оставлять ребенка с человеком, который вечно всем недоволен.

Уилл, по-прежнему взволнованный, размахивал рисунком:

— Я его сам нарисовал! Сам!

— Срисовал через кальку из книжки-раскраски, — тихо пояснила Конни, подходя к шкафу и снимая с вешалки свою теплую куртку на меху.

— Не срисовал, а сам нарисовал! — Уилл воинственно насупился.

— Да-да. Ты у меня просто молодчина! — Элен погладила сынишку по мягким, шелковистым волосам. — Кон, как прошел урок плавания?

— Замечательно! — Надев куртку, Конни ловко выправила конский хвост поверх воротника и взяла большую сумку со своими вещами. — Он плавал как рыбка. Уилл, расскажи маме, как хорошо ты сегодня плавал без доски!

Уилл смерил няню мрачным взглядом исподлобья. Такие мгновенные перепады настроения типичны для малышей и людей, страдающих маниакально-депрессивным психозом.