Тем не менее, если верить слухам, понижение в должности и потеря в зарплате оказались еще не самыми большими неприятностями. Им не только восхищались как великим полицейским, его также ценили как прекрасного семьянина. В конторе хорошо знали его жену и двоих детей – мальчика и девочку. Подчиненные регулярно ужинали в доме Перони. Если у них возникали какие-либо проблемы, Перони выступал в роли заботливого отца, что-то советовал, старался помочь.

В тот холодный январский вечер все это рухнуло. Перони не попал под суд, поскольку не нарушал законов, и тем не менее все потерял. Его жена потребовала развода и вернулась с детьми в Сиену, всем рассказывая о его предательстве. За считанные недели Перони из уважаемого полицейского и респектабельного отца семейства превратился в одинокого мужчину средних лет с весьма неопределенными карьерными перспективами. А теперь Лео Фальконе еще и посадил его в одну машину с Ником Костой, чье положение на службе также являлось достаточно сомнительным. Коста не представлял, как себя с ним вести, не знал этого и Джанни Перони.

За окном, на пьяцца делла Бокка делла Верита промелькнули два небольших римских храма с идеальными округлыми формами. Стоял ясный, достаточно теплый день; все говорило о том, что весна уже не за горами. Нику хотелось немного посидеть возле этих храмов и подумать о жизни.

– Может, проясним ситуацию? – повернувшись к нему, спросил Перони.

Глядя на его напряженное лицо, Коста прикинул, сколько времени понадобится, чтобы привыкнуть к виду своего напарника, столь похожего на злодея из мультика.

– Как хочешь.

– Я буду откровенен. Ты не так давно вылечился от сумасшествия. И пьянствовал ты прилично. Меня только что застукали со спущенными штанами с чешской проституткой, за что полагается курс реабилитации.