Колин сел на редкую сухую траву и с восхищением посмотрел на Роя.

Все так же глядя в сторону океана, Рой спросил:

— А кого-нибудь более крупного, чем насекомые, ты убивал?

— Нет.

— А я — да.

— Что?!

— И много раз.

— Кого же ты убивал?

— Мышей.

— А! — воскликнул Колин, внезапно вспомнив. — Мой отец однажды убил летучую мышь.

Рой кинул на него взгляд сверху:

— И когда это было?

— Пару лет назад в Лос-Анджелесе. Родители тогда еще жили вместе. У нас был дом в Вествуде.

— И там он убил летучую мышь?

— Да. Они обитали на чердаке, а одна из них залетела ночью к моим предкам в спальню. Я проснулся и услышал, как мама визжала.

— Она была сильно перепугана, да?

— Ужасно.

— Хотел бы я на это посмотреть.

— Я сбежал вниз узнать, что случилось, и увидел, что летучая мышь кружила у них по комнате.

— Она была голая?

— Кто?

— Твоя мать.

— Конечно, нет.

— Я подумал, может быть, она спит голая и ты видел ее.

— Нет, — буркнул Колин и почувствовал, как его лицо заливает краска.

— Она была в ночной сорочке?

Калин долго на него смотрел, затем покачал головой:

— Рой, ты какой-то странный иногда.

Рой ухмыльнулся.

Тебе нравится убивать насекомых? — протянул Колин.

— Иногда.

— Почему?

— Это настоящий кайф.

Все, что развлекало Роя, все, что возбуждало его, он называл словом «кайф».

— И что же тебе нравится? — спросил Колин.

— То, как они расплющиваются. И звук, который слышен при этом.

— А-а...

— Или отрывать лапки у богомола и наблюдать, как он пытается ковылять, — продолжал Рой.